Мятежный Сорокин. Человек, захвативший Горбатый мост

Страшная новость пришла из Воркуты: 1 августа в результате трагических обстоятельств не стало Владимира Лукьяновича Сорокина — ветерана шахтерского движения, одного из организаторов и активных участников рельсовой войны шахтеров против криминального режима Ельцина, члена Исполкома «Трудовой России», в 2017—2024 гг. — первого секретаря горкома КПРФ в Воркуте.

В. Л. Сорокин родился в Ворошиловграде (Луганске) 4 марта 1947 г. в многодетной рабочей семье. По семейному преданию, его отец работал вместе с Алексеем Стахановым, чем в семье неизменно гордились. Сам Владимир Лукьянович после окончания свердловского техникума выбрал труд шахтера, однако, проработав относительно недолго, был контужен — оказался под завалом в шахте, долго проходил реабилитацию, и в результате не по годам рано получил инвалидность. Но даже несмотря на это вся его последующая биография оказалась напрямую связана с шахтерской Воркутой. На излете Советской власти В. Л. Сорокин успел даже побывать директором местного совхоза, причём вполне успешным. И быть ему успешным хозяйственником ещё долго, если бы не трагические события конца 1980-х — начала 1990-х гг., в которых, скажем прямо, шахтерам России довелось сыграть далеко не самую последнюю и отнюдь не самую прогрессивную роль.

Будучи самой высокооплачиваемой категорией советского рабочего класса, шахтеры слабо интересовались политическими хитросплетениями, предпочитая «высоким материям» вполне приземленные обывательские заботы. Блага общества реального социализма они воспринимали как неизменную данность, а потому профессиональным шулерам от «демократической оппозиции» обвести их вокруг пальца не составило большого труда. Правда вскоре выяснилось, что оказавшись без «проклятой Совдепии», и КПСС, и СССР, они, шахтеры, в новой рыночной реальности лишились также ещё и шахт, и заводов, и заработка, и достатка — и исторической перспективы как таковой. Все эти трагические метаморфозы целого класса, да и общества вообще, словно в зеркале отражены в биографии В. Л. Сорокина.

Вчерашний общественный активист — член политсовета одиозной «Демократической России» совершил исторический разворот в политке на 180 градусов, оказавшись в рядах анпиловской «Трудовой России». Причём именно в тот острополитический момент новейшей истории страны, когда ельцинистский криминально-компрадорский режим впервые с 1993 г. реально затрещал по швам: экономический дефолт вкупе с массовым недовольством большиниства народа поставили его на грань нового социального взрыва. И здесь Владимиру Сорокину предстояло сыграть весьма заметную роль: именно он возглавил внушительную делегацию воркутинских горняков, прибывших в столицу и разбивших летом 1998 г. протестный шахтерский пикет на Горбатом мосту перед Домом правительства РФ. В качестве теневого лидера палаточного городка он постоянно участвовал в массовых акциях «Трудовой России» вместе с её легендарным лидером Виктором Анпиловым, который всегда стремился превратить бастующий Горбатый мост в точку притяжения всех протестных сил, заинтересованных в низложении Ельцина и восстановлении власти самих трудящихся России в форме Советов.

В качестве эмиссара лагеря горняков Сорокин оказался в особо доверительных отношениях с еще одной знаковой фигурой тогдашней протестной Москвы генералом Львом Рохлиным, руководителем «Движения в поддержку армии» — без его военной поддержки массовое уличное выступление «гражданских» в той исторической ситуации было бы обречено. Сорокин был в числе немногих, кто видел депутата Рохлина живым за несколько часов до его насильственной гибели: вечером 2 июля 1998 г. генерал в последний раз приехал на Горбатый мост пообщаться с шахтерами, а уже ночью был убит специально подосланными киллерами.

Все последующие годы Сорокин так и жил между Воркутой и столицей, и активно использовал свои многочисленные, правда не всегда результативные личные знакомства и связи из числа госдумовского депутатского корпуса для реальной помощи тем обездоленным, которые встречались на его пути. Вот уж кому воистину бы оказаться в составе фракции КПРФ! Однако этого так и не случилось, и случиться, конечно же, не могло. Вместо простых и честных Сорокиных там уже десятилетиями сидят несменяемые «профессинальные управленцы», которые не то что из фракции — из партии давно уже повычищали всех с ними несогланых. Сорокин выглядел бы в такой фракции белой вороной хотя бы по той простой причине, что, искренне и безвозмездно помогая другим, он так и не смог в результате отстоять свое законное право на квартиру, которая ему полагалась по правительственной программе переселения жителей крайнего севера.

Но даже несмотря на это, когда в родной для него Воркуте рассыпалось региональное отделение КПРФ, он, оставаясь при этом в «Трудовой России», практически с нуля воссоздал далеко не малочисленный горком «партии Зюганова». Лишь несколько лет назад он сложил с себя обязанности его первого секретаря, а совсем недавно, после своего очередного приезда в Москву, вернулся в Воркуту с твердым намерением организовать в регионе ячейку Объединенной коммунистической партии — более обивать пороги «великодержавного» Президиума ЦК КПРФ он не хотел, да и пользы в тамошних управленческих кадрах для нашего общего дела он более не видел.

Владимир Лукьянович ушёл из жизни при запутанных, до конца ещё невыясненных обстоятельствах. Со слов его дочери, 25 июля Сорокина высадили из поезда по пути в Воркуту в Печоре. Якобы имел место некий инцидент, в результате которого сотрудники транспортной полиции проявили такое рвение, которое не проявляют иногда даже при задержании особо опасных преступников. По итогам задержания Сорокин был доставлен без сознания в местную больницу с обширными гематомами на руках и ноге, а также с разрывами кожи на обоих предплечья из-за перелома костей обеих рук. Что в реальности случилось с В. Л. Сорокиным по дороге домой пока сказать трудно. Правда если в действительности имело место превышение служебных полномочий при его задержании (а какие, собственно, могут быть иные версии произошедшего, если имело место быть именно задержание?!) — установить данное обстоятельство досконально будет трудно вдвойне.

Более чем странным является поведение руководителей регионального отделения КПРФ, имеющей в госсовете республики Коми своего представителя. К просьбам дочери своего погибшего товарища помочь в расследовании случившегося они отнеслись более чем сдержанно и даже прохладно. В этой связи мы вправе напрямую обратиться к Президиуму ЦК КПРФ — высшему руководству партии, которая не просто имеет свое представительство в Государственной Думе РФ, но председатель которой располагает прямыми контактами с высшими руководящими деятелями страны, в том числе её Следственного комитета. Мы требуем взять под свой особый парламентский контроль расследование обстоятельств гибели активиста КПРФ, возродившего силой своего авторитета и энергии распавшееся региональное отделение данной партии в Воркуте.

Предсмертные фотографии В. Л. Сорокина, сделанные его дочерью в больнице, ужасают. Они — беспристрастное свидетельство того правового мрака, в котором пребывает Россия последние 35 лет. Они — доказательство тотального попрания прав и свобод личности и гражданина, человечности и самой жизни вообще бездушной бюрократическо-полицейской системой, которая последовательно выстраивалась в России в результате антисоциалистической антисоветской контрреволюции 1991—1993 гг. Конечно, ответственность за последнюю можно было бы возложить и на самого В. Л. Сорокина, получившего даже медаль «защитника свободной России» за белодомовское стояние «демократов» в августе 1991 г., если бы не одно «но». В отличие от многих других своих современников, Владимир Сорокин не просто публично за эти свои действия покаялся, но и все последующие годы в рядах общественно-политического движения «Трудовая Россия» делал все от себя зависящее, чтобы эту свою и своих собратьев по классу историческую ошибку исправить. Возвратить России, русским и всему многонациональному народу нашей страны единственно народную, демократическую, человеческую Советскую власть.

Одним из излюбленных выражений Сорокина было: «Ничего не бойтесь — дальше Воркуты не сошлют!». Не сослали. Сорокин не доехал до родной ему Воркуты ровно 401 километр, и ровно 29 дней не дожил до своего профессионального праздника — дня шахтера, к которому всегда относился с особым благоговением.

Сорокина мы не забудем. Но этого недостаточно: нужно никогда не забывать о том, что помнить мало — нужно бороться.

Товарищи В. Л. Сорокина по движению «Трудовая Россия» и Объединенной коммунистической партии